Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

"Человек - это изобретение недавнее. И конец его, быть может, недалек... человек исчезнет, как исчезает лицо, начертанное на прибрежном песке".

Мишель Фуко,         "Слова и вещи".

 

 

 

 

ЙОГАТЕРАПИЯ 

В РОСТОВЕ-НА-ДОНУ

УРОКИ ЙОГИ
ЙОГАТЕРАПИЯ
ТАЙСКИЙ МАССАЖ

+7-951-832-04-14

https://vk.com/yogayoffe

 

 

ТАТУ В РОСТОВЕ            И КРАСНОДАРЕ 

Травелог

Христианские идолы индуистов в Гоа

Исцеляющая магия восковых органов

В старом Гоа, христианском центре бывшей португальской Индии, мы увидели торговцев, продающих копии частей человеческого тела. Здесь были руки, стопы, ноги, коленные суставы, почки, гениталии, сердце и другие восковые дубликаты нуждающихся в исцелении конечностей и органов.

Тонкий воск не таял, несмотря на жару за тридцать, и выглядел, как пластик.

Восковые копии не дублировали органы из европейского анатомического атласа. Например, колено было представлено не только коленным суставом, но захватывало кусок голени и часть бедра. Восковое сердце также не напоминало ни свои современные анатомические изображения с обрубком аорты, ни европейскую «сердечных дел» символику. Скорее, оно походило на походную флягу с нанесенным поверх католическим крестом.

Восковая обнаженная фигура беременной с закрытыми глазами, молитвенно сложившая руки на груди, предназначалась для исцеления от бесплодия.

Магические потенции, заключенные в этих копиях, представляют собой бриколаж из избавлений от жизненных невзгод, исцеления недугов и излечения заболеваний, сформулированных в языке современной медицины. Например, восковая копия мужской головы совмещала в себе возможности излечения от болей и недугов, но также и современные нозологии, включая опухоли головного мозга (торговец сказал нам, что голова спасает даже от «brain cancer»).

Кроме органов человеческого тела, в торговом коробе лежали домики из воска – для «коллективных» избавлений от семейных заболеваний и бытовых домашних неурядиц. 

Для исцеления восковую копию нужно приложить к соответствующему заболевшему участку тела и затем принести ее «Гоенчо Саибу» - владыке Гоа, как называют здесь Франциска Ксаверия (Франсиско Хавьера,), соратника Игнатия Лойолы и первого миссионера - иезуита, прибывшего в португальскую Индию.

Нетленное тело святого Франциска Ксаверия и по сей день, каждые десять лет, выставляют в течение двух недель на всеобщее обозрение для укрепления католической веры у местного населения . 

 

 

 

 

 

 

Саркофаг, где хранятся мощи Франциска Ксаверия

 

Нетленность святых мощей: пре-созданное равновесие Пракрити? 

Традиционное индуистское понимание здоровья связанно с неизменностью, пре-созданным состоянием пракрити - равновесия, равновесия еще не одушевленной зародышевой массы. После того, как душа соединяется с этой массой, идеальное космическое равновесие пяти элементов нарушается, зародыш оживает и становится на путь, который заканчивается смертью. Идеи омоложения и бессмертия также основаны на достижении этого неизменного «до-жизненного» равновесия пракрити. (Подробнее см. «Расаяна: перерождение и бессмертие»,  Джозеф Альтер. «Аюрведа и сексуальность»).

Поэтому неудивительно, что нетленное тело Франциска Ксаверия - тело, в котором все жизненные (а значит, и болезненные, смертельные) процессы остановились, и его нетленность олицетворяет в глазах индуиста саму неизменность пре-создания – служит здесь символом здоровья и, одновременно, высшей божественной инстанцией оздоровления и избавления от любых недугов.

В храме Святого Франциска Ксаверия, Старый Гоа. В храме Святого Франциска Ксаверия, Старый Гоа.

Возможно, не совсем корректно называть местных индийских христиан, посещающих католический (а не индуистский) храм, возжигающих свечи (наряду с восковыми органами) и носящих нательный крест (иногда совмещая его с тилакой на лбу) – «индуистами». Индийцы, идентифицирующие себя с христианами, именуют «хинду» тех, кто посещает мандир и чей прах будет сожжен и развеян над Гангом, а не захоронен в могиле.  

Тем не менее даже беглого взгляда достаточно, чтобы понять, что христианизация местного населения в португальской Индии не шла бок о бок с Просвещением (как это происходило в протестантских миссиях британской Индии).

Многие прихожане, заходя в католический храм, разуваются, как это принято у хинду, и наряду со свечами подносят образам христианских святых веночки желтых цветов, как в индуистских храмах. 

Конечно, это предположение нуждается в проверке, но возможно, что, отношение к хинду и христианству у значительной части сельского населения португальской Индии и по сегодняшний день не является строго разграниченным (как между исламом и христианством, или между исламом и новым, «пост-Ганди», городским индуизмом, нео-ведантой), но прагматическим и функциональным. 

 

Последствия португальской христианизации: христианство - для души, индуизм - для жизни

Как известно, португальские миссионеры, обращающие в христианство и организующие христианские общины, а затем и инквизиторы, смотрели сквозь пальцы на кастовое социальное обустройство.

По-видимому, анти-индуизм португальского колониального правления, инквизиция в Гоа, повлияли на отношения между индийским христианством и индуизмом (воспринятым португальцами как религия - во что он и превратится через два с лишним века), но не затронули сам индуизм как конгломерат общинных и племенных верований и ритуалов, воспроизводящих кастовые структуры, каким он был о времена Франциска Ксавьера и каким остается до сих пор в сельских районах португальской Индии.

Так, португальцы запретили пандитам и индуистким врачам появляться  в старом Гоа верхом на лошади или в паланкинах, а христианским  носителям паланкинов обслуживать пассажиров - индуистов. Христианизированным сельхозрабочим было запрещено работать на индуистов, а последним использовать новообращенных христиан на любых работах. Затем запрету подверглись строительство или ремонт индуистских храмов (вскоре португальцы разрушили их, более трехсот), брачные ритуалы, ношение сакрального шнура, кремация, выращивание священного базилика - тулси, пение и игра на традиционных инструментах. Был даже издан указ об обязательном знании португальского языка и запрете говорить в публичных местах на конкани.

На территории храма Святого Франциска Ксаверия, Старый ГоаНа территории храма Святого Франциска Ксаверия, Старый Гоа

 

Интересно, что все эти меры привели к массовому бегству из Гоа именно индийцев-католиков. Как пишет Северин Сильва, новообращенные христиане  бежали из Гоа на побережье Карнатаки (Канара) не из стремления отречься от своей новой веры, но чтобы иметь возможность наряду с ней осуществлять традиционные индуистские ритуалы.

Примечательно также, что эти новообращенные христианские беженцы из Гоа, прибыв в Карнатаку, не смешивались ни с местными индуистами, ни с местными христианами. Большая часть из них до обращения в христианство принадлежала касте сарасват - браминов.  Несмотря на это, в Карнатаке беглецы не только селились вдалеке от жилья местных брахманов, но также и не абсорбировались в среде местных христиан, создавая свои христианские общины. В этих общинах сразу же устанавливалась традиционная кастовая структура.  

 

 

Гоенчо Саиб – божество местного индуистского пантеона?

В северном Гоа редко можно встретить среди обслуживающего персонала в «престижных» местах или в «глобализированных» торговых точках уроженца Гоа. В туристический сезон сюда съезжаются торговцы из Кашмира, Махараштры, из Дели, Мумбаи, Бангалора и других, более «предприимчивых» штатов и городов. Коренные жители Гоа – в основном сельхозрабочие: рисоводы, «фруктмены», рыбаки – время от времени кооперируются с приезжим «обслуживающим бизнесом», но крайне редко встретишь, например, торговую точку в популярном туристическом районе, принадлежащую уроженцу Гоа. 

Среди этих приезжих предпринимателей много христиан, которые подчеркивают свое христианство перед западными туристами даже в тех случаях, когда поддержание «местного колорита» могло бы поспособствовать их бизнесу. Так, официант ресторана «Тибет» в Калангуте  (племянник владельца), уроженец штата Аруначал-Прадеш, горячо убеждал нас, что ничего общего с Тибетом не имеет – он христианин и ему «не нужен ни этот Тибет, ни этот Китай»; продавец масок Шивы на ночном рынке носил нательный крест поверх тишотки – и т.п.

Однако, столь жесткая конфессиональная самоидентификация, по-видимому, не присуща христианам из местных сельских жителей Гоа. 

На территории храма Святого Франциска Ксаверия, Старый ГоаНа территории храма Святого Франциска Ксаверия, Старый ГоаНаблюдая за прихожанами в храмах старого Гоа, подносящими венки цветов христианским святым, – тех самых цветов, которые были запрещены этими святыми четыреста лет назад, – невольно думаешь, что это не христиане обратили индуистов, но последние включили христианские образы в свой пантеон. И Гоенчо Саиб – Франциск Ксаверий, жестокий властитель, востребовавший у Ватикана инквизиторских мер к прадедам сегодняшних смуглокожих прихожан – также попал в число местных божеств  в качестве «эффективного» сакрального средства, дарующего исцеление от неизлечимых недугов и вечное, как пракрити, здоровье. 

 

Происхождение практики «восковых частей тела»

Восковые копии поступают в старый Гоа из Колвы (Colva), поселка в южном Гоа. Отливаются они на мануфактуре Дайананда Лотликара, унаследовавшего бизнес своего отца. В хороший день, рассказывает Дайананд, он продает 300–350 кг воска, по 50–100 рупий за копию.

Каменные изваяния – копии больных частей тела с изображением змеи – символа Эскулапа, находили еще в купальне Вифезды. Но сегодня похожее «языческо - христианское» исцеление путем приношения восковых копий практикуется в католическом храме португальского города Фатиме (ранее не известного как место чудесных исцелений, таких, как, например, Лурд во Франции), а также в другой бывшей португальской колонии – Бразилии, в церкви Сальвадор-де-Баия. Где изначально зародился этот языческо-христианский гибрид – нам неизвестно.

Сальвадор-де-Баия называют «центром африкано-бразильской культуры». Но и   Гоа известен как один из последних центров португальской торговли африканскими рабами. Португальцы доставляли африканских рабов морем, и впоследствии они составили, вкупе с потомками привезенных на субконтинент арабами отдельную индийскую касту – Сидди, называемую также Сиддхами. Многие из этих африканских рабов мигрировали из Гоа в Еллапур, штат Карнатака.  

Сходная, по крайней мере, внешне, массовая практика приношения восковых копий больных частей тела и органов имела место в конце 1940-х в венгерской этномедицине: «При болях в ногах, руках, глазах или ушах больные покупали для подношения восковые фигуры соответствующей формы. При проблемах с желудком – фигуру в форме жабы, при сердечных заболеваниях – в форме сердца». (Mihály Hoppál. Budapest, Hungary «Symbolic healing in Hungarian ethnomedicine»).

 

Медицина хинду: каноническая аюрведа или племенная этномедицина? 

Часто все способы лечения, которыми пользуются индийцы, называющие себя «хинду», принято скопом именовать «аюрведой». Это неверно. И не только потому, что в Индии, помимо аюрведы, существуют еще три канонизированные традиционные медицины: сиддха, унани и тибетская медицина.

И даже не потому, что сегодняшний канонический свод аюрведы был сформирован в два периода – сначала в период начала массовой публикации трактатов по индуистскому врачеванию, во время британского колониального правления (1850 – 1900). Затем, более чем через полвека в постколониальный период, когда ценностные установки как западной, так и современной индийской медицины и медицинской антропологии претерпели качественные изменения, но новые исследования аюрведы были ограничены фильтром британской колониальной «Materia Medica», через который должны были пройти эти трактаты, чтобы быть опубликованными в середине девятнадцатого века.

Важно другое.

"А это - пенис", - говорит продавец "органов". "А это - пенис", - говорит продавец "органов".

Этот восковый «индуистско-христианский» медицинский бриколаж напомнил нам о простом демографической факте: в городах нынешней Индии, где каноническая традиционная медицина может быть актуальна, проживает только 25–30% населения.

Другие две трети живут в «сельской местности», подчас не затронутой британским колониальным или каким-либо другим Просвещением, и их средства врачевания не обсуждаются в рамках современных исследований «глобализации азиатской медицины», как каноническая Аюрведа, тибетская или китайская медицина.

Эти средства врачевания носят название «племенной медицины», «этномедицины», исследования которых помещены в  другую рубрику и имеют другие задачи. Здесь обсуждается не эффективность того или иного лечебного средства, или его аутентичность традиции, но эти исследования имеют целью поддержание биологического разнообразия индийского природного ландшафта и сохранение исчезающих видов индийской фауны. Поскольку основные целительные средства в этих племенах и этносах не растительного, но животного происхождения. 

И, несмотря на то, что племена могут числиться как «хинду», принцип ахимсы не препятствует изготовлению лекарств с использованием животных ингредиентов, многие из которых не могут быть получены без «опасности для жизни», а точнее без смерти животного.

 Термин «зоотерапия» имеет в этих исследованиях совсем другой смысл, нежели в англо- и русскоязычном интернете.

Д. С.

Продолжение следует…